
7. Теперь – три почитания всепобеждающего Каушитаки. Всепобеждающий Каушитаки [обычно] поклонялся восходящему солнцу – надев священный шнур, принеся воды, трижды опрыскав сосуд с водой, [он произносил]: "Ты уносящий – унеси мои грехи". Таким же образом [обращался он к солнцу], находящемуся в зените: "Ты уносящий вверх – унеси вверх мои грехи". Таким же образом [обращался он] к заходящему [солнцу]: "Ты уносящий с собой – унеси с собой мои грехи". И какой ни совершал он грех, днем или ночью, тот [грех солнце] уносило с собой. Кто, зная это, почитает таким образом солнце, то, какой грех ни совершит он днем или ночью, [солнце] уносит тот [грех] с собой.
8. Далее, каждый месяц в новолуние, пусть он поклоняется таким же образом луне, появляющейся на западе, или те бросит две зеленые травинки, [произнеся]:
"Мое сердце, прекрасное сверху,
Обитает на небе, в луне.
Я мню себя знающим его.
Да не буду я оплакивать
Несчастье с детьми".
И поистине, [его] дети не умрут раньше него.
Это – [для того], у кого родился сын.
Теперь – [для того], – у кого не родился сын.
"Возрастай. Да войдет в тебя…
[Да войдут] в тебя напитки, да войдут силы…
Луч, которому радуются адитьи…"
Прошептав эти три рича, [он произносит]: "Не возрастай ценой нашего дыхания, потомства, скота – возрастай ценой дыхания, потомства, скота того, кто ненавидит нас и кого мы ненавидим. Я поворачиваюсь с поворотом Индры, я поворачиваюсь вслед за поворотом солнца", – [говоря так], он поворачивается, [следуя] за [своей] правой рукой.
